|
Возмущаясь, кроя на все корки фронтовые порядки, командиры частей покликали офицеров помладше, те засуетились по лесу, вылавливая бойцов, которые, не теряя времени зря, занялись своими делами: пекли картошки, у кого они были, варили концентраты, починялись, писали письма, многие спали под соснами -- к полудню припекло, хотя было пятое ноября, и где-то, в моей родной Сибири, на родной реке Енисее, заканчивался ледостав, ершась остриями шуги на стрежи; последние косяки птиц уходили на юг, а здесь вон, сомлевшая от тепла, черненькая пташка сидит на сосновом сучке и меланхолично сообщает войску: "В Киеве бар-рдак... В Киеве бар-рдак..." И кто-то подтвердил смеясь: "Воистину". Я прибыл из медсанбата досрочно, чтоб не угодить в эвакуацию и оттуда в другую часть -- одна, кстати, из главных причин, по которой бойцы и командиры, недолечиваясь, покидали медсанбаты, а не из-за какой-то там особой доблести.
Мало пользы от больных людей на передовой.
Я прибыл еще не совсем здоровым, тяжелой работой меня на первых порах не неволили, но многих бойцов у нас повыбили на плацдарме, ребятам было тяжело, и я по доброй воле стал подменять ночами дежурных телефонистов, понимая, что с артиллерийской разведкой покончено и мне надо куда-то пристраиваться -- так сам себе и определил я место, сделался связистом и тянул "свою линию" до следующей осени, до польского городка Дуклы, где меня и стукнуло еще раз, как оказалось, последний.
Наголодавшиеся на Букринском плацдарме бойцы получили разом за все проведенные за Днепром дни паек -- вышло по пол-литра водки на брата, по нескольку буханок хлеба, много табаку, сахару, каши.
Наевшись от пуза, выпив водочки, смертельно усталые солдаты спали вповалку в кузове полуторки, корчась, стеная -- судорогой сводило ссохшиеся желудки.
Им нужна была вода, много воды.
Я взял связку котелков и отправился искать воду.
Днепр остался уже далеко позади, деревень никаких поблизости не было, и вода оказалась лишь в колодце лесного кордона.
Возле кордона собралась толпа военных.
Отломив дужку, двое вояк рвали друг у дружки котелок, расплескавши драгоценную воду.
|
|
