|
Кухня колыхнулась, порхнула нам навстречу, будто снялся ворох белых капустниц с полуобсохшей лужи.
Дядю моего подхватило белопенным водоворотом, он в нем утонул, и только хохот и хрипловатый голос его доносились из клокочущих глубин.
Не бывавший никогда в общественных кухнях, кроме детдомовской, но какая же там общественная, там своя, -- испугался я темности этого загроможденного заведения.
Шум, бабий гам увеличивали мою растерянность, и я уж собрался незаметно улизнуть на волю, но обнаружил своего дядю сидящим в чистом углу кухни, возле маленького стола, накрытого медицинской клеенкой, и начал успокаиваться.
Над столиком по узким полочкам птичками сидели пузырьки, баночки, пробирки, ниже висели разнокалиберные черпаки, термометр и еще чего-то, -- рассмотреть я уже не успел, потому что все эти кухонные принадлежности падали со эвоном, которые и разбивались.
И происходила вся эта проруха оттого, что девки ровно сбесились при появлении моего дяди.
|
|
